Теория государства и права. Лекции. Культура, право и правосознание.

Культура и право. Соотношение этих понятий зависит от того, что ими обозначается. Современная теория понима­ет под культурой систему "внебиологически выработанных механизмов и средств (обеспечивающих функционирование и развитие общества, — Л. С.), которая актуализируется и ста­новится общепринятой (в пределах социальной системы в це­лом или входящих в ее состав различных групп людей) путем научения, благодаря своему свойству закрепляться в тради­ции" [71, 31]: Это — общий способ человеческого существо­вания, способ человеческой деятельности и объектированный результат этой деятельности. К числу ее продуктов культуро­логия относит орудия труда, обычаи, системы представлений о добре и зле, прекрасном и уродливом, средства коммуника­ций и т.д. (71, 67].

Поскольку культура — выражение специфически человече­ского способа деятельности, постольку она по своей природе нормативна; следовательно, культурные и правовые нормы могут совпадать по своему содержанию, т.е. они могут за­ключать в себе одни и те же правила поведения. Культурная норма всегда социальна, ибо социальна че­ловеческая деятельность, ею нормируемая. Нормативность культуры обеспечивает координацию и организацию дей­ствий индивидов, входящих в социальное целое. Нормативностъ как организационное и координационное средство про­является в форме институционализации отношений и пове­дения. Ее сутью является появление объективных, от инди­видов не зависящих правил поведения и обеспечение их вы­полнения.

Процесс институционализации отношений предпо­лагает их формализацию и стандартизацию. Иначе субъект общественной жизни не смог бы предвидеть действия дру­гих субъектов, связанных с ним, и обеспечить взаимодействие — самую глубинную основу любого коллективного целого, в том числе и общества. Именно сформировавшаяся институ­циональная система, регулирующая поведение людей, — одно из специфических отличий человеческого общества. Нормы культуры институционализируют отношения меж­ду людьми прежде всех прочих правил поведения. Непосред­ственно выражая качество человека, они образуют наиболее глубинную нормативную систему. То, что культурные нормы исторически первичны, несомненно. Они составляют основу всех остальных нормативных систем: нравственности, рели­гии, эстетики, права. Оставаясь нормами культуры, они толь­ко приобретают новые дополнительные качества. Итак, мораль, религия, право суть институты культуры. Именно культура определяет их содержание: сформировавше­еся вследствие эффективной практики правило поведения, вы­полнение которого чаще всего оказывается результативным, прежде всего закрепляется как культурная норма и лишь за­тем приобретает или не приобретает форму нравственного или религиозного долга, правового требования и т.п. Обращаясь к праву, можно утверждать, что все юридиче­ские нормы суть нормы культуры, но не все нормы культуры суть юридические нормы.

Осуществляемый обществом отбор культурных норм, после чего они оказываются включенными в право, производится по принципу их значимости для сохра­нения и функционирования социального целого. Если правило поведения, входящее в культуру, имеет значение для обще­ства или во всяком случае связано с осуществлением общих дел, оно должно стать общеобязательным, т.е. стать правом. При первобытно-общинном строе, когда на месте целост­ного общества существовал конгломерат кровнородственных коллективов, культурные нормы, разумеется, всеобщего зна­чения приобрести не могли, а следовательно, общеобязатель­ными, т.е. правовыми, не становились. Здесь могли институ­ционализироваться лишь личностные (а не общественные!) связи. Только после формирования обмена как универсаль­ного способа кооперации людей в общество безотносительно к каким бы то ни было их личностным особенностям норма культуры включалась в опосредствование социального орга­низма, становилась общеобязательной и, стало быть, право­вой. Правило поведения, не ставшее нормой культуры, в право не включается. Право, следовательно, — часть культуры, ее сторона, "момент". Обычно предполагается, что культура — социальная цен­ность, всегда имеющая положительное значение. Однако в действительности она представляет собой весьма сложный феномен. Верно, что культура — специфически человеческий способ деятельности. Но человек действует не только в соот­ветствии с потребностями общества, но и вопреки им. Эта его деятельность также институционализируется, и ее способы могут передаваться от индивида к индивиду, от поколения к поколению. Преступному поведению, например, обучаются, как и всякому другому. Наконец, деятельность че­ловека может быть и социально нейтральной. Таким обра­зом, институционализируются, а следовательно, и нормиру­ются самые разные виды человеческой деятельности, превра­щаясь в часть культуры независимо от того, положительную или отрицательную роль они играют в обществе. Непременной предпосылкой их институционализации явля­ется существование того или иного сообщества, функциони­рующего в рамках целого.

Такие сообщества могут обра­зовываться на этнической (например, негритянские кварта­лы Нью-Йорка или знаменитый Брайтон-Бич, значительную часть населения которого составляют выходцы из России), религиозной (например, деревни староверов в нашей стране), профессиональной основе; они могут формироваться по инте­ресам (спортивные, культурные, преступные сообщества) и т.д. Складывающиеся в их среде культурные нормы и цен­ности в культурологии и социологии получили название суб­культур. В этом смысле мы и говорим о негритянской суб­культуре, о субкультуре старообрядцев, о преступной суб­культуре, о субкультуре тюрьмы и т.д., и т.п.

Все они входят в общую культуру, тем самым превращая ее в весьма слож­ный общественный феномен. Социализация индивида, т.е. включение его в наличную систему общественных отношений, сопровождаемое овладе­нием им культурными ценностями всякого рода, есть вместе с тем усвоение им права. Усвоенное право, ставшее свойством, собственной характеристикой личности, обеспечивает соблю­дение правил поведения юридического характера само собой, без вмешательства со стороны кого бы то ни было, в том чи­сле и государства. Сказанное относится исключительно к праву, но не к зако­нодательству, которое может являться не плодом естественно- исторического развития, а продуктом нормотворческой дея­тельности государства. Законы становятся частью культуры постольку, поскольку они совпадают с правом, санкционируя сложившиеся культурно-правовые правила поведения. Правовые нормы входят не только в структуру личности, будучи усвоенными ею, но и становятся фактом правосозна­ния.