Теория государства и права. Лекции. Культура, право и правосознание.

Понятие правосознания в современной отечественной на­уке обозначает один из видов общественного сознания, отра­жающий юридическую действительность. Под юридической действительностью здесь понимаются не только право и за­коны, но и правонарушения всех видов, и сами правонару­шители, и нормативные акты, и акты правоприменительной деятельности, и сама эта деятельность и т.д.

Первый и, наверное, самый трудный вопрос, который здесь возникает, может быть сформулирован так: слагается ли об­щественное сознание из сознаний отдельных индивидов? Вторым, конкретизирующим первый, является вопрос: предшествует ли сознанию индивидов сознание коллектива или, наоборот, сознания отдельных людей предшествуют со­знанию коллектива, из них слагающегося? Ответы на них производны от понимания общества, те­ория которого также содержит аналогичные вопросы: пред­шествует ли оно индивидам или индивиды предшествуют общественному коллективу и образуют его?

Если общество — совокупность отдельных людей, то, разумеется, индивиды предшествуют обществу, а индивидуальные сознания пред­шествуют общественному сознанию. Последнее есть в таком случае не что иное, как сумма индивидуальных взглядов, представлений, идей, верований, чувств и т.д., в которых так или иначе отражается общественная и, в частности, юриди­ческая действительность. Однако в реальной жизни люди не могут произвольно вы­бирать тот или иной социальный строй, ту или иную форму общества. Рождаясь на свет, они застают готовой современ­ную им общественную форму и в состоянии лишь включиться в уже сложившуюся систему общественных отношений и за­нять те "места", те социальные позиции, которые есть в дан­ном обществе. Общественные отношения, общество, с этой точки зрения, предшествуют отдельным людям.

Аналогичным образом общественное сознание предшеству­ет сознанию индивидов, и они вынуждены сообразовывать свое восприятие действительности с тем, которое выработано до них и которое усваивается ими в процессе социализации. Это, в частности, проявляется в том, что сознание общества, материализуясь в различных социальных институтах, высту­пает перед человеком в таких формах, которые не существуют и не могут существовать в головах отдельных людей. Разве юридические нормы, изданные государством законы, юриди­ческая наука и т.д. не есть объективированное правосознание, в котором аккумулирован опыт не одних только современни­ков, но и всех предшествующих поколений, участвовавших в правовых отношениях? Разве не распространены в обществе юридические идеи, принципы, которые могут приниматься или отвергаться индивидами, но которые существуют незави­симо от них? Положительные ответы на поставленные таким образом вопросы означают, что правосознание, как и обще­ственное сознание вообще, — объективный факт, относитель­но самостоятельный социальный феномен, который отнюдь не сводится к сумме индивидуальных правосознаний. Однако ответ на вопрос, в чем специфика этого феномена, пока остается без ответа. Ведь сказать, что правосознание отражает право, — значит ничего не сказать.

Правовую дей­ствительность отражает — каждая под своим углом зрения — и нравственная, и политическая, и экономическая, и рели­гиозная и другие формы общественного сознания. Специфика правосознания состоит в том, что оно отражает юридическую реальность сквозь призму должного, с позицией сложивших­ся в обществе юридических принципов, нормативных пред­ставлений и делает это в понятиях прав и обязанностей субъ­ектов общественной жизни. Оно имеет оценочную природу, причем оценке подвергается не только само право, но и то, что подлежит юридическому урегулированию. В нем находит свое отражение "правовая природа вещей", т.е. объективные свойства социальных процессов, поступков, общественных от­ношений, которые требуют юридического опосредствования, нормативной оценки.

Эта особенность правосознания придает ему регулятив­ную способность, что сближает его с правом, характеризуя его как одну из форм существования права, как его инобы­тие. Интуитивное право JI. Е. Петражицкого, которое трак­товалось им как правовые "императивно-атрибутивные" пе­реживания, было по существу ипостасью правосознания [82а, 468]. Конечно, подобное отождествление права и его отраже­ния — преувеличение, но сам факт их связи бесспорен.

При трактовке правосознания необходимо иметь в виду, что его характеристика как самостоятельного, автономно­го общественного явления — абстракция. В реальной жизни коллективное сознание оценивает юридическую действитель­ность сквозь призму и экономических, и политических, и эт­нических, и религиозных, и иных ценностей. Это сближает правосознание с другими аналогичными формами и означает, что между ними нет непроницаемых перегородок. Вместе с тем самый глубинный критерий оценки правовых явлений и процессов — нормы культуры. Усваиваясь вместе с молоком матери, они делают человека личностью, приоб­щая его к аккумулированному в культуре социальному опыту человечества. То, что соответствует культурной норме, вос­принимается индивидом как должное; то, что противоречит ей, вызывает сомнение или отвергается.

Таким образом, пра­во становится фактом правосознания, будучи преломленным сквозь призму культуры и опосредствованным всеми прочими формами общественного сознания. Итак общественное правосознание — отражение в кол­лективном сознании юридической действительности, вос­принимаемой сквозь призму должного, отражение, опосред­ствованное нормами культуры, экономическим, политиче­ским, нравственным и другими формами общественного со­знания. Оно представляет собой психологическое отношение к праву, закону, правонарушению, приговору, преступнику, выраженное в понятиях, идеях, взглядах, эмоциях и т.п.