Теория государства и права. Лекции. Культура, право и правосознание.

Структура правосознания достаточно сложна. В ней пре­жде всего выделяется область обыденного правового созна­ния, свойственного людям в их обычной практической жиз­ни. В обыденном сознании, в свою очередь, выделяется раци­ональная сфера, которая представляет собой итоги личного, индивидуального опыта индивида.

Человек знает, что необхо­димо для того, чтобы устроиться на работу, встать в очередь на получение жилья, какое наказание назначают за наруше­ние общественного порядка, что "дают" за кражу личного имущества, что бывает за появление на работе в нетрезвом состоянии, и т.д. и т.п. Иными словами, в этой рациональной сфере человеком на­капливается известная сумма знаний об объективном мире, навыки, умения, которые необходимы для повседневной дея­тельности каждого и образуют ее осознанную основу. Сфера эта, кале видим, эмпирического происхождения. В обыденном правосознании, кроме того, выделяется эмо­циональная область. Это — психологическое отношение к фактам юридической действительности, проявляющееся в эмоциях, психических переживаниях, установках. Растлитель малолетних, помимо прочего, вызывает отвращение, разбой­ник — страх, бандит — ужас, закон о приватизации — опа­сение, указ об искоренении коррупции — недоверие, приговор суда — чувство неудовлетворенности как несправедливый, за­кон о социальном обеспечении — усмешку и т.д. Эмоциональная сфера внутренне противоречива, так как включает в себя взаимоисключающие моменты. Разбойник, если он Владимир Дубровский или Робин Гуд, восхищает, мошенник, если он Остап Бендер, вызывает симпатию и т.п.

Обыденное сознание очень ограничено. Его ограничен­ность обусловлена узостью своего источника — индивидуаль­ного опыта, по общему правилу не выходящего за пределы сиюминутных вопросов каждодневной жизни. Поэтому пра­восознание не может остаться в рамках обыденных предста­влений об окружающем социальном мире и неминуемо в сво­ем развитии выходит на уровень более широких обобщений, выявления объективных общественных закономерностей, т.е. становится теоретическим. Теоретический уровень правосо­знания включает систему научных знаний общечеловеческого характера, более или менее объективно отражающих юриди­ческую действительность.

Теоретический уровень правосознания в свою очередь мно­гослоен. В нем выделяется профессиональное правосознание юристов, собственно юридическая теория и правовая идеоло­гия. Многочисленные эмпирические обследования показывают, что различные профессиональные группы правоведов неоди­наково воспринимают юридическую действительность. Судья относится и оценивает правовую реальность иначе, чем про­курор, прокурор — иначе, чем адвокат, следователь — иначе, чем эксперт-криминалист, юрисконсульт банка — иначе, чем преподаватель юридического факультета и т.д., хотя все они получили высшее юридическое образование. Столь пестрое многообразие правосознаний объясняется тем, что, казалось бы, единый теоретический взгляд на право преломляется че­рез функционально различные виды практической деятельно­сти, включая законодательную и правоприменительную. Собственно теоретический уровень правосознания по идее должен быть тождествен системе научных понятий, духовно воспроизводящих функционирующую и развивающуюся юри­дическую систему. В действительности теория не является единой, включая в себя борьбу взглядов, различные научные школы и т.д.

Наконец, теоретический уровень предстает в виде идеоло­гии. Она не есть обязательный элемент правосознания и по­является, как правило, лишь в тоталитарных политических режимах, когда требуется поставить теорию на службу захва­тившей власть социально-политической группировке. Обла­дание властью требует ее легитимации, в том числе и в духов­ной сфере. Выполняя эту задачу, идеология приспосабливает теорию, деформируя и "подгоняя" ее к непосредственным ну­ждам господствующей клики, и превращает ее в орудие идео­логической обработки массового сознания. Возможны самые разные классификации правосознаний. Наиболее распространенная — классификация по его субъ­ектам.