Теория государства и права. Лекции. Норма права.

Решение задач из практикума по гражданскому праву под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. Часть I.
Решение задач из практикума по гражданскому праву под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. Часть II.

Виды юридических норм также разнообразны и клас­сифицируются по многим основаниям. Можно подразделять нормы в зависимости от вида общественных отношений (предмет правового регулирования), от особенностей метода воздействия на поведение людей (метод правового регулиро­вания), от той области общественной жизни, в которой они действуют (промышленность, сельское хозяйство, культура, оборона, правосудие и т.д.).

Можно подразделять нормы в зависимости от принявшего их органа, от того, к общей или особенной части отрасли права они принадлежат, от того, как они действуют в пространстве и во времени, от особенностей из диспозиций и т.д. Чаще других используется классификация по характеру действия юридических норм, весьма давняя по своему про­исхождению. Так, еще в Древнем Риме Геренний Модестин подразделял законы на повелевающие, запрещающие, дозво­ляющие и наказывающие. Теоретические споры велись уже тогда, и Цицерон, возражая Модестину, различал лишь нор­мы повелительные и запретительные [59, 121]. Тем не менее классификация Модестина дошла до наших дней с одним, од­нако, уточнением: из нее были исключены нормы наказываю­щие. Немецкие юристы (особенно Ф. К. Савиньи) еще в про­шлом веке доказали, что они — разновидность норм повеле­вающих. В современной теории права, которая во многом пользуется плодами юриспруденции прошлого, классификация юридиче­ских норм рассматривается, однако, не как их распределение по классам в зависимости от произвольно выбранного логиче­ского признака, а как объективно существующее подразделе­ние по основаниям, в конечном счете обусловленным природой нормативного воздействия на поведение людей в обществе.

При таких условиях классификация юридических норм есть выражение второго (после структуры нормы) уровня общей структуры права [3,11, 65]. По характеру своего действия функционирующие в обще­стве юридические нормы подразделяются на регулятивные, охранительные и дефинитивные. Регулятивные нормы непосредственно нормируют поведе­ние (свободу) субъектов общественных отношений, опосред­ствуя принадлежащие им субъективные права и обязанности. Регулятивные нормы иногда называют правоустановительными, но такая их характеристика — следствие трактовки самого права как феномена, порождаемого государством. Мы исходим из иного понимания права, и поэтому не можем со­гласиться с подобными определениями. В свою очередь, регулятивные нормы делятся многими теоретиками на запрещающие (их диспозиция содержит за­прет, обязывающий воздерживаться от определенного рода действий), управомочивающие (их диспозиция содержит до­зволение, т.е. право на совершение тех или иных действий) и обязывающие (их диспозиция содержит предписания, являю­щееся своеобразным синтезом запрета и дозволения: субъект не только имеет право совершить предписанное, но и обязан сделать это; ему запрещено воздерживаться от того, на что он управомочен). Охранительные нормы регулируют отношения юридиче­ской ответственности, которые возникают вследствие нару­шения норм регулятивных. В частности, они направлены на защиту субъективных прав. Целесообразность выделения охранительных норм в отечественной правоведческой литера­туре обосновывается спецификой задач, возникающих в пра­воприменительной сфере, и необходимостью при установле­нии государственно-принудительных мер учитывать много­численные особенности правонарушений, определяющие вид и величину санкций [3; II, 67—68].

Дефинитивные нормы, появившиеся в теории права еще в середине 50-х гг. прошлого века благодаря трудам немецко­го юриста Геля, прямо правил поведения не устанавливают, хотя такие правила в них, бесспорно, содержатся. Они дают определения понятий, категорий, явлений, имеющих юридиче­ское значение. Вместе с тем они представляют собой полно­ценные правовые нормы. Ст.1 Конституции нашего государ­ства, например, устанавливает, что "Российская Федерация — Россия есть демократическое федеративное правовое госу­дарство с республиканской формой правления". Из нее следу­ет, что всякий, кто сталкивается с Россией, — будь то гра­жданин, коллективный субъект права или признавшее Рос­сию государство, — обязан в официальных отношениях на­зывать ее Российской Федерацией или Россией, рассматри­вать ее как суверенное государство с федеративным устрой­ством и не покушаться на его независимость, территориаль­ную целостность, принципы федерализма, вытекающие из со­ответствующего договора между членами федерации. Такова ее диспозиция. Однако ст.1 Конституции имеет в виду имен­но Россию, а стало быть, рассчитана не на все, а только на определенные общественные отношения, обозначая их в сво­ей гипотезе. Наконец, соблюдение содержащихся в ней пра­вил поведения обеспечивается целым комплексом мер государ­ственного принуждения, зафиксированных в международном, уголовном и других отраслях права. Следовательно, перед на­ми не только дефиниция, но и настоящая норма права в одной из ее разновидностей. Среди множества особенностей юридических норм теория права зафиксировала их различия по сфере действия.

По это­му признаку выделяются общие нормы, применяющиеся ко всем отношениям данного рода (например, уже цитировав­шаяся ст. 1 Конституции России применима ко всем отноше­ниям, регулируемым остальными нормами Основного закона, ст.7 УК РСФСР, содержащая определение преступления, при­менима ко всем уголовно-правовым отношениям, включая, в частности, те, которые возникают по поводу действий, не со­ответствующих ее дефиниции преступного поведения); специ­альные нормы, регулирующие не все, а только определенный вид отношений данного рода (так, нормы ГК, регулирующие отношения собственности, применимы только к ним и не дей­ствуют, например, при арендных отношениях); исключитель­ные нормы, которые, будучи дополнением к общим и специ­альным нормам, устанавливают изъятия из содержащихся в них правил (например, хотя по общему правилу выселение из жилых помещение производится только по судебному реше­нию, для лиц, самовольно занявших жилую площадь, устано­влен административный порядок) [49, 170-172]. Теория различает юридические нормы и по степени их обя­зательности, выделяя нормы диспозитивные и императивные. Под диспозитивными нормами понимаются такие юридиче­ские правила поведения, которые действуют, если стороны своим договором не устанавливают других правил. Например, в соответствии со ст. 285 ГК РСФСР "нанима­тель обязан поддерживать нанятое имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт, если иное не установлено законом или договором, и нести расхо­ды по содержанию имущества". Это, в частности, означает, что хотя по общему правилу обязанность текущего ремонта нанятого имущества лежит на нанимателе, стороны при за­ключении договора могут договориться и об иных правилах. Содержащиеся в текстах подобных нормативных актов ого­ворки типа "при отсутствии иного соглашения", "если иное не установлено в договоре" и т.п. позволяют легко распозна­вать этот вид правовых норм. Императивные нормы исключают возможность замены со­держащихся в них предписаний иными требованиями, кото­рые устанавливались бы самими участниками отношений, регулируемых императивными правилами поведения.

Тако­вы нормы уголовного права (потерпевший с преступником не вправе договориться, что они будут считать преступлением и какое наказание за его совершение должно быть назначено), нормы административного права (заинтересованные лица не вправе сами устанавливать, где им следует переходить улицу, каков объем полномочий должностных лиц и т.д.). Особое место в нашей классификации занимают поощри­тельные нормы, дающие право компетентным органам при наступлении предусмотренных в гипотезах этих норм усло­вий применить их к тем, кто заслуживает поощрения (напри­мер, положения об орденах, медалях, почетных званиях и т.д.) Однако, компетентные органы вправе эту норму и не приме­нять. "Поэтому, — отмечается в литературе, — невыполне­ние требований указанных норм юридически безразлично, но отнюдь не неправомерно, как и, с другой стороны, выполне­ние тех же требований не только правомерно, но и служит основанием для поощрения. В этом и заключается специфика поощрительных норм" [49, 175]. Наконец, свои особенности имеют и рекомендательные нор­мы, содержащие советы, предложения компетентных органов рассмотреть тот или иной вопрос и принять по нему опреде­ленное решение, заранее официально признавая его имеющим юридическую силу. Более глубокое изучение оснований распределения юриди­ческих норм по тем или иным их классам показывает извест­ную условность всех классификаций. Неслучайно, что по воз­никающим здесь вопросам ведется множество теоретических споров, участники которых отрицают одни классификации и предлагают другие.

Условность любого основания объедине­ния норм выражается, в частности, в том, что ни один класс не выдерживает проверки на чистоту признака, по которому произведена группировка. Например, деление норм на регуля­тивные, охранительные и дефинитивные, с которого теория права издавна начинает свои классификации, явно не явля­ется чистым. Поскольку все юридические нормы — правила повеления, постольку все они — и регулятивные, и охрани­тельные, и дефинитивные — регулятивны. Разве уголовно-правовой запрет, являющийся типично охранительным, не регулятивен? Поскольку все юридические нормы включают в себя санкции, постольку все они — и охранительные, и регу­лятивные, и дефинитивные — охранительны. Разве правило, в соответствии с которым дети обязаны доставлять содер­жание своим нетрудоспособным родителям, будучи типично регулятивным, не является одновременно и охранительным? Поскольку все нормы опираются на конкретное понимание правовых феноменов, основанное на юридических определени­ях, постольку все они — и дефинитивные, и регулятивные, и охранительные — дефинитивны. Разве ст. 144 УК, устанавли­вающая ответственность за кражу, "то есть тайное похище­ние чужого имущества", будучи "типичной" охранительной нормой, одновременно не дефинитивна? Не выдерживает проверки на чистоту основания классифи­кации и подразделение регулятивных норм на обязывающие, запрещающие и управомочивающие. Тот, кто изучал этот во­прос, анализируя конкретные нормы, приходит обычно к за­кономерному выводу, что в юридической действительности не существует правовых норм, которые были бы или только обязывающими, или только запрещающими, или только управомочивающими.

Эти исследования показывают, что любая юридическая норма является в одно и то же время и обязы­вающей, и запретительной: "обязывая к совершения какого-либо действия, норма запрещает воздержание от его совер­шения, как и, наоборот, запрещая совершение определенного действия, она обязывает к его несовершению. В то же время всякая правовая норма носит и управомочивающий характер: норма, обязывающая к совершению того или иного действия и запрещающая его несовершение, как и, наоборот, норма, запрещающая совершение данного действия и обязывающая к его несовершению, управомочивает (уполномочивает) кого-либо требовать соответственно совершения или несовершения этого действия" [49, 176-177]. В справедливости приве­денного рассуждения можно убедиться и, так сказать, экспе­риментальным путем: простой опыт показывает, что любая обязывающая норма может быть сформулирована как норма уполномочивающая, любая запретительная — как обязываю­щая и т.д. и т.п. Условность классификаций правовых норм, предупреждая против преувеличения их теоретической важности, отнюдь не исключает их значения вообще. Они отражают особенности структуры права, позволяют лучше понять этот социальный институт как сложное общественное образование и помогают осуществить переход к его трактовке как системы.