Уголовное право. Общая часть.

Решение задач из практикума по гражданскому праву под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. Часть I.
Решение задач из практикума по гражданскому праву под ред. Н.Д. Егорова, А.П. Сергеева. Часть II.

19. Понятие уменьшенной вменяемости по уголовному праву.

Вокруг института ограниченной вменяемости на страницах научной печати уже давно ведется дискуссия, которая затрагивает все аспекты проблемы: от целесообразности введения в УК нормы об ограниченной вменяемости до иных форм решения этой проблемы.
Вопросы дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности и наказания виновного в зависимости от свойств личности находят свое выражение еще в эпоху древнерусского права (XI - XIII вв.). Преступником могло быть только лицо, обладающее свободной волей и сознанием. Уголовное право Древней Руси определяло субъект преступления в целом как элемент сословных отношений, все остальные признаки его не интересовали. Поэтому в уголовном законодательстве этого времени отсутствуют понятия вменяемости и невменяемости.

Учение об ограниченной вменяемости появилось в теории уголовного права в XIX столетии. В Уложениях о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. находилась норма, согласно которой вина уменьшалась, если виновный учинял преступление "по легкомыслию, глупости или крайнему невежеству, которым воспользовались другие для вовлечения его в сие преступление". Однако, несмотря на свою длительную историю, оно не имело общего признания у криминалистов. И в советском уголовном праве, в частности в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР 1919 г., были отражены вопросы, касающиеся совершения деяния лицом в состоянии невменяемости, вопрос об ограниченной вменяемости не поднимался: "Суду и наказанию не подлежат лица, совершившие деяние в состоянии душевной болезни и вообще в таком состоянии, когда совершившие его не отдавали отчета в своих действиях..."

Наука уголовного права содержит противоречивые взгляды относительно необходимости выделения отдельного понятия "ограниченная вменяемость". Многие юристы, психиатры советского времени (Н.С. Таганцев, С.В. Познышев, В.П. Сербский, В.Х. Кандинский и др.) относились отрицательно к законодательному закреплению ограниченной вменяемости. По мнению сторонников отрицания ограниченной (уменьшенной) вменяемости, данное понятие неверно как с юридической, так и с психиатрической точки зрения. Их суждения сводились к следующим: если принять во внимание то, что между вменяемостью и невменяемостью есть что-то среднее, то следует вопрос: какова сущность данного переходного явления, состояния? Однако наука не знает такого третьего переходного состояния. Поскольку при привлечении лица к уголовной ответственности необходимо установить его вменяемость, не может идти речи о степени понимания значения своих действий и степени способности руководить своими поступками. Либо лицо отдает отчет в своих действиях, либо нет; либо лицо способно руководить своими поступками, либо не способно. Середины тут не существует. Лицо, совершившее общественно опасное деяние, является или вменяемым, или невменяемым. В отдельных случаях можно говорить о степени вины, а не вменяемости. В курсе советского уголовного права под редакцией Н.А. Беляева и М.Д. Шаргородского отмечается, что "включение в закон понятия уменьшенной вменяемости противоречило бы принципам вины и уголовной ответственности и привело бы к тому, что нельзя было бы определить виновность лица. Вина неделима и недробима... Признание лица уменьшенно вменяемым поставило бы его в весьма неопределенное положение, а уголовную ответственность лишило бы точных и конкретных оснований". При этом авторы учебника не отрицают возможности применения к лицам с психическими аномалиями наряду с наказанием специальных мер медицинского характера. Итак, возражения противников ограниченной вменяемости сводятся к тому, что:

1) среднего состояния между вменяемостью и невменяемостью не существует и существовать не может;
2) далеко не каждое психическое расстройство, не исключающее вменяемости, может являться основанием для смягчения наказания. Кроме того, проявления таких расстройств чрезвычайно разнообразны, и это крайне затрудняет определение медицинского критерия вменяемости;
3) психические расстройства, не исключающие вменяемости, могут проявляться в столь коварных злодеяниях, что даже сторонники ограниченной вменяемости не решатся рекомендовать в этих случаях смягчение наказания;
4) невозможность совмещения наказания и лечения.

По мнению сторонников ограниченной (уменьшенной) вменяемости, нет четкой грани между лицами психически здоровыми и больными, а существует ряд переходных ступеней. Исходя из этого ограниченная вменяемость рассматривается ими как промежуточное состояние между нормальным психическим состоянием и состоянием психической болезни, при котором вследствие отклонений в психическом развитии лица способность понимать социальный смысл совершаемого и руководить своими поступками в значительной степени ослаблена, хотя и не исключена полностью. Лицо принимает волевые решения, но со значительно более низким уровнем по сравнению со здоровым человеком, без достаточной критической оценки всех последствий. Как нам кажется, в юридической литературе содержится немало весьма неудачных положений о понимании значения института ограниченной вменяемости в уголовном праве. К примеру, утверждалось, что ограниченную (уменьшенную) вменяемость необходимо рассматривать как обстоятельство, устраняющее уголовную ответственность, ее нельзя приравнивать к вменяемости, поэтому уменьшенно вменяемых надо направлять в лечебницы, наказывать их нецелесообразно; к уменьшенно вменяемым вполне допустимы неопределенные приговоры.

Итак, в большей степени та часть правоведов, которая признает факт действительной "ограниченной вменяемости", говорят о некой пограничной вменяемости как промежуточном состоянии.


Современная позиция правоведов, в том числе законодателя, выражается в том, что ограниченная вменяемость - это не промежуточное понятие. Это есть составная часть вменяемости. А именно в ст. 22 УК РФ ("Уголовная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости") акцент делается на наличие вменяемости лица в момент совершения преступления, однако лицо во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своего деяния либо руководить им. Если лицо вменяемо, значит, оно подлежит уголовной ответственности.


Следует признать тот факт, что законодатель все же неопределенно формулирует название ст. 22 УК РФ. Не совсем удачна ее диспозиция в той части, которая называет психическое расстройство, не исключающее вменяемости, но не описывает ее признаки. Это, в свою очередь, приводит к смешению медицинского критерия ограниченной вменяемости и невменяемости, неправильному соотношению различных аномалий психики с психическими расстройствами, не исключающими вменяемости. При невменяемости болезненное состояние психики поглощает момент осознания лицом фактического характера и общественной опасности своих действий (бездействия) либо процесс руководства ими. А при ограниченной вменяемости определенные психические отклонения от нормы лишь частично лишают лицо в момент совершения преступления возможности осознания фактического характера и общественной опасности своего поведения либо возможности руководить им. Отсюда следует, что помимо обнаружения медицинского критерия ограниченной вменяемости важно установить наличие критерия юридического. Юридический критерий ограниченной вменяемости означает, что лицо ввиду наличия психических расстройств, не исключающих вменяемости, не в состоянии в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. В свою очередь, юридический критерий ограниченной вменяемости делится на признаки: интеллектуальный и волевой. Интеллектуальный признак означает неспособность лица в момент совершения преступления в силу умственных способностей в полной мере осознавать фактический характер преступления. Волевой признак заключается в том, что лицо не способно в полной мере руководить своими действиями (бездействием). Для установления юридического критерия ограниченной вменяемости достаточно одного из указанных признаков.


Разграничение патологий психического состояния невменяемости и ограниченной вменяемости проявляется также и в грамматическом толковании норм ст. ст. 21, 22 УК РФ. Так, в ст. 22 УК РФ влияние психических аномалий на интеллектуальные возможности субъекта преступления подчеркнуто словом "в силу", оно отвечает на вопрос: почему субъект не мог осознавать значение своих действий и обладает ограниченными возможностями при ограниченной вменяемости? Ответ таков: ограниченно вменяемый находится под определенным воздействием аномалий. Статья 21 УК РФ указывает на предлог "вследствие", т.е. нахождение невменяемого под влиянием патологических процессов психики. Невменяемость есть состояние, при котором субъект не может осознавать опасность своих действий или руководить ими. А это, в свою очередь, является следствием болезни. Значит, в основе невменяемости лежит болезнь, наличие которой определяет специалист.


Удивительным представляется высказывание в литературе мнения о связке ограниченной вменяемости "не только с наличием психических расстройств, что неоправданно узко, но и с иными аномалиями, которые также обладают способностью ограничивать возможности субъекта в плане осознания им своих поступков. Речь идет о влиянии холерического и меланхолического типов нервной системы". По такому суждению, если холерик считается в психологии неуравновешенным типом с преобладанием возбуждения над торможением и характеризуется резкостью, вспыльчивостью, раздражительностью, большой импульсивностью, то его можно сравнить с возбудимыми и истероидными психопатами, а меланхолика, с его пониженной активностью, которая зависит от преобладания процессов торможения, можно сравнить с тормозимыми психопатами, которые также отличаются доминированием процессов торможения, что делает их слабыми в биологическом отношении. На наш взгляд, отнесение лиц с определенными типами темпераментов к ряду лиц с аномальным состоянием психики представляется неудачным. Тип нервной системы, скорее всего, не может прямо влиять на осознание лицом реально совершенных им действий. Более того, психологи прямо отмечают, что "недостаточная эмоциональная уравновешенность у холериков может привести к неспособности контролировать свои эмоции в трудных жизненных обстоятельствах только при отсутствии надлежащего воспитания", а не в результате того, что эти лица имеют какие-либо аномалии.

Итак, введение в УК РФ 1996 г. института "ограниченной вменяемости" есть оправданная необходимость, обусловившая возможность правильно квалифицировать содеянное лицами, совершившими общественно опасное деяние в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости. В качестве аргументов введения уголовно-правовой нормы института "ограниченной вменяемости" можно привести некоторые наиболее существенные моменты, а именно: 1) данное понятие позволяет более правильно с правовой точки зрения оценить деяние участниками уголовного судопроизводства. А это, в свою очередь, полагает принятие правоохранительными органами обоснованных и законных решений без наличия злоупотребления; 2) данный правовой институт помогает наиболее полно реализовать принцип индивидуализации уголовной ответственности и наказания; 3) институт ограниченной вменяемости наиболее полно помогает реализации принципа справедливости. Ограниченная вменяемость представляет собой своеобразную форму закрепления субъективного вменения в уголовном праве и индивидуализации наказания, так как учитывает меру регулятивных возможностей личности при совершении конкретных общественно опасных деяний и в соответствии с этой мерой определяет ответственность виновного лица.